Содружество

Автор: Дмитрий Богров

Известна фраза «Революция всегда пожирает своих детей!». Но по факту сами революции бывают очень разные – национально-освободительные, радикальные, «бархатные», демократические и т.д. И вовсе не всегда их творцы погибают или терпят какие-либо лишения. 
Чего не скажешь о тоталитаризме. Смерть тоталитарных режимов обычно бывает очень болезненной и мучительной. И не щадит ни тоталитарных вождей, ни их близких. Гитлер и его жена закончили ядом и пулей в рот, Муссолини и его любимая женщина встали у расстрельной стенки (что схоже с одним из персонажей нашей статьи), и даже товарищ Сталин несколько дней умирал на полу в луже своей мочи под равнодушие своих соратников. В этой статье мы рассмотрим судьбы некоторых «первых леди» в тоталитарных странах.

Жена железного Эриха

Детство Маргот Файст пришлось на Нацистскую Германию. Маргот как и многие состояла в гитлеровском Союзе немецких девушек. После падения гитлеризма вступила в прокремлёвскую компартию. Ещё в юности зарекомендовала себя хорошей партийной функционеркой, став лидером Пионерской организации. Вскоре на красавицу-комсомолку (а она действительно была красива) обратил внимание сам Эрих Хонеккер, который был старше её на 15 лет. Позже от своей первой жены он ушёл к Маргот и они поженились. Как это часто бывало с советскими «первыми леди», ей доверили образование страны. Маргот Хонеккер не любило большинство населения ГДР (прям как у нас нашу Раиску), называя её «Мисс Образование» и «фиолетовой ведьмой» (раннюю седину она подкрашивала синькой).

После падения соцлагеря чета Хонеккеров бежала в Россию, но они были выданы Ельциным, и бывший лидер ГДР был арестован и привлечен к уголовной ответственности. Судебный процесс против Хонеккера был прекращен из-за состояния его здоровья: он был смертельно болен раком. После освобождения из заключения Хонеккер с женой эмигрировал в Чили, где скончался 29 мая 1994 года. В 1999 году Маргот Хонеккер безуспешно попыталась отсудить у немецкого правительства 60 300 евро за незаконную конфискацию после воссоединения двух Германий лично ей принадлежащей собственности. Неудачным было и обжалование в 2001 году решения немецкого суда в Европейском суде по правам человека.

19 июля 2008 года на праздновании 29-й годовщины Сандинистской революции в Никарагуа президент Даниэль Ортега пригласил её выступить с торжественной речью в знак памяти о помощи ГДР в ликвидации неграмотности в этой стране, что стало первым её публичным выступлением со времён падения Берлинской стены.
Маргот была ярой сторонницей своего мужа и много лет защищала его после исчезновения страны, которой он руководил. Маргот Хонеккер постоянно заявляла, что не собирается возвращаться обратно в Германию. Говорила, что у восточных немцев «была хорошая жизнь в ГДР» и что «капитализм сделал их жизни хуже». Она умерла 6 мая 2016 г.Власти Германии не разрешили захоронить прах бывшего руководителя ГДР Эриха Хонеккера и его супруги Маргот на Мемориале социалистов в Берлине.

Хрупкой под силу коммунистические репрессии

Неджмие Джуглини с молодых лет работала в коммунистическом подполье Албании. Носила партийное прозвище «Хрупкая». Вышла замуж за первого секретаря компартии Энвера Ходжу. Сделалась ведущим идеологом ходжаизма. Полностью поддерживала и обосновывала политику своего мужа, в том числе политические репрессии, партийные чистки (в том числе расправы над бывшими товарищами, обвинёнными в «титоизме»), запрет религии и преследования верующих, внешнеполитическую самоизоляцию. Руководила женскими организациями страны.

После падения ходжаизма была арестована. Суд признал её виновной в злоупотреблении властью и приговорил к 9 годам заключения. Попытка обжаловать приговор по инстанциям привела к тому, что срок наказания увеличился до 11 лет. Заключение Неджмие Ходжа отбывала в тиранской женской Тюрьме 325. Работала на швейном производстве. По отзывам надзирательницы, вела себя культурно, в конфликты не вступала. Освобождена по амнистии.

После освобождения Неджмие Ходжа вела сравнительно замкнутый образ жизни. Однако она выступала с политическими заявлениями коммунистического и ходжаистского характера, вступила в ортодоксально-ходжаистскую Коммунистическую партию Албании, созданную в 1991 литератором Хюсни Милоши. Регулярно давала интервью, в которых говорила о «мягком характере» Энвера Ходжи, о «вынужденности» репрессий. В то же время Неджмие Ходжа призналась, что, побывав в тюрьме, стала лучше понимать репрессированных.

При этом Неджмие Ходжа акцентирует не коммунистическую идеологию, а защиту национального суверенитета Албании. Именно это ставит в главную заслугу своему мужу и его политике. При этом Неджмие отмечала, что Энвер уважал Иосипа Броз Тито как сильного врага, свой идеологический «дамоклов меч», и опасался его смерти, поскольку уход Тито означал сотрясение Балканского региона. Поддержала военно-воздушную операцию НАТО против Югославии, поскольку считала это необходимым для защиты косовских албанцев.

Холодная судьба Йованки

Йованка Будисавлевич уже в 17 лет вступила в компартию Югославии. Герой народно-освободительной войны, была несколько раз ранена. Отмечена орденами и медалями. Каким образом юная партизанка из Лики стала женой Броза Тито, до сих пор неизвестно. По официальной версии, после завершения Второй мировой войны министр внутренних дел Александр Ранкович лично выбирал секретаря Иосипа Броза. Из 50 кандидаток Ранкович выбрал пять девушек и представил их Брозу, который и выбрал Йованку Будисавлевич (ей было 24 года). Эту версию подтвердил генерал Джоко Йованич, глава югославской контрразведки, который сам предлагал Йованку на место секретаря Тито. По другой версии, Йованку предложил Иван Краячич, представитель НКВД в Югославии в то время: по некоторым данным, Йованка также была завербована НКВД. По третьей версии генерала Марьяна Краньца, Йованка изначально устроилась медицинским работником у Иосипа Броза, отвечая за чистоту помещений и медицинскую помощь. После того, как в 1946 году умерла Даворянка Паунович, третья жена Иосипа Броза, Йованка стала личным секретарём Тито по рекомендации того же Краньца.

Отношения в семье начали ухудшаться в начале 1970-х годов, став предметом острых политических дискуссий. По одной версии, Йованка пала жертвой верхушечных интриг. По другой — реально была шпионкой и работала на Москву. 14 июня 1977 Йованка последний раз появилась на людях во время встречи с премьер-министром Норвегии Одваром Нурдли, а летом была арестована. 25 лет своей жизни она провела под домашним арестом (освободилась только в 2000 году). Спустя три месяца после кончины главы государства, тайная полиция обыскала дом на Ужицкой улице, где проживала чета Броз, конфисковала всё имущество (по новому закону его объявили государственным) и выдворила Йованку из квартиры, отправив её на Бульвар мира в дом 75 под домашний арест. Младшей сестре Наде запретили говорить о произошедшем, угрожая смертью. Положение Йованки было откровенно плачевным: запасы еды в доме пополнялись только раз в неделю. Отопления и горячей воды в доме не было. Йованка Броз была похоронена 26 октября 2013 года в «Доме цветов» рядом с мужем, согласно её последней воле. Похороны состоялись с воинскими почестями.

Маоистский вурдалак

Ли Шумен прославилась как актриса на театральной сцене и в кино. В суматохе Гражданской войны прибилась к коммунистам. Она бросила своего мужа (поженились в 1936 г.), немолодого актёра и критика Тан На, а также двух своих детей. Тогда же взяла псевдоним Цзян Цин. Позднее детали о своей жизни в Шанхае Цзян Цин тщательно скрывала, уничтожала документы и устраняла людей, знавших её лично. В 1937 году она направилась в Яньань, где познакомилась с Мао Цзэдуном и в 1938 г. стала его четвёртой женой.В конце пятидесятых годов она получила должность министра культуры Китая. С её именем связывают также процессы по ликвидации китайских традиционных культурных ценностей и травле творческой интеллигенции.

Значительную роль приобрела Цзян Цин с начала Культурной революции в 1966. Де-факто она возглавляла Группу по делам Культурной революции при ЦК КПК (хотя официально являлась заместителем её формального руководителя Чэнь Бода). Она приняла участие в гонениях на Лю Шаоци и Дэн Сяопина и в партийной борьбе с ревизионистами и идущими по «капиталистическому пути». Многие считают её виновной в гибели Линь Бяо.После смерти Цзян Цин и другие члены «банды четырёх» были арестованы за организацию заговора с целью захвата власти. 

Её судили в 1981—1982 годах за преступления против невиновных людей и попытку переворота. Из всех четырёх на публичном суде только Цзян Цин пыталась оправдываться тем, что охраняла Мао Цзэдуна и выполняла его распоряжения. Ей принадлежит знаменитое изречение «Я была собакой председателя Мао. Я кусала того, которого он просил укусить».Её приговорили к смертной казни с задержкой исполнения приговора, через некоторое время смертную казнь заменили на пожизненное заключение. В 1991 по состоянию здоровья (рак горла) Цзян Цин была выпущена на свободу, 14 мая 1991 она повесилась в душевой комнате больницы.

Расстреляли «мать», не плача

Елена Петреску также начинала как подпольщица. Школу она не закончила, что не помешало ей в «социалистической» Румынии встать во главе Академии наук. В 1939-м она познакомилась с тогда ещё только начинающим карьеру Николае Чаушеску и вскоре они поженились. С приходом последнего власти она стала играть большую роль в политике. Николае методично расставлял всех своих родственничков на руководящие посты, что дало повод говорить о «клане Чаушеску».

Елена Чаушеску стала объектом такого же «мощного» культа личности, какой был у её мужа. Николае возвеличил Елену так, что её стали звать титулом «мать нации». И судя по всему, её тщеславие и страсть к почитанию превышали аналогичные у Николае. Как и относительно её мужа, румынскому телевидению был дан строгий приказ тщательно следить за её изображением на телеэкране. Например, она никогда не должна была быть показана в профиль — из-за её «общего домашнего вида» (хотя была очень привлекательной в молодости), а также крупного носа. Публично Чаушеску говорила, что для неё большая честь называться «товарищем», но представители румынской эмиграции в США, часто презрительно называли её «мадам Чаушеску» (за глаза).

С началом Румынской революции супруги Чаушеску, вместе с помощниками и охраной, бежали из столицы. Вначале на вертолёте, спасаясь от многотысячной толпы митингующих. Затем Елена вместе с мужем продолжили бегство на автомобиле. Однако были задержаны армией в городе Тырговиште. Был организован скорый суд и казнь. 25 декабря 1989 г. Елена и её муж были расстреляны. На видео видно, что перед казнью Елена все время стыдила солдат и говорила «Вы что! Я же ваша мать!». Их дети также были арестованы, позже отпущены. Дочь Зоя бедствовала, собирала бутылки и умерла от рака лёгких. Сын Нико от цирроза печени. Из троих детей Николае Чаушеску, сегодня жив только Валентин.